КРУИЗ-2008: 17 МГНОВЕНИЙ ОСЕНИ

Мгновение 10. КОСТРОМА MON AMOUR

Бьется солнце о тучи над моей головой,
Я, наверно, везучий, раз до сих пор живой.
А над рекой кричит птица, ждет милого дружка,
А здесь белые стены да седая тоска…

Борис Борисыч Гребенщиков издал эту песню в середине 1990-х. Но точно так же она могла появиться и сотнями лет ранее, и сейчас, полтора десятка лет спустя. Кострома из тех русских городов (не российских, а именно русских), которые можно назвать «заповедными». Приметы времени, следы «цивилизации» - все это для них было и есть настолько лишнее, что даже неизбежно прилипая, остается снаружи, не проникая внутрь. Подобно тому, как древний храм остается собой невзирая на тротуарную плитку у входа, камеры видеослежения и седаны представительского класса на служебной парковке для работников духовенства. Из похожих, но далеких (по километрам от Костромы) примеров я бы назвал Томск. Тот вообще совершеннейший уникум, особенно с учетом сибирских реалий.

У городов, о которых идет речь, определенно есть душа (Скажете, что она есть у всех? Сильно сомневаюсь…), и, подобно людям, душу эту свою они готовы раскрыть не всякому. Если честно, я не очень понимаю, что могут почувствовать, гуляя по Костроме, пенсионерские группы рассудительных бюргеров, любознательных японцев или пофигистичных янки. Архитектурных шедевров славянского средневековья полным полно и в других городах. В этом смысле Кострома – ну еще один пункт из списка. То, что здесь есть на самом деле и что представляет действительную ценность, - не передается изложениями гидов и фотосессиями зеркальных камер с телеобъективами. Этот город – радушный хозяин, он примет гостя, как положено: накроет богатый стол с крахмальными салфетками и серебряными вилками, нальет из хрустального графина ледяной водки и непременно расскажет то, за чем к нему пришли – какую-нибудь легенду, которую он уже рассказывал другим, сотням и тысячам таких же гостей. Гость унесет с собою «карточку на память», но душа хозяина так и останется для него тайной за семью печатями. Тайной, до разгадки которой ему было недостижимо далеко – просто потому, что о ее существовании он даже не задумывался.

Я не знаю, почему в своей уже упомянутой здесь песне БГ воздал именно Костроме. Но думается, что явно не случайно.

Мне не нужно награды, не нужно венца,
Только стыдно всем стадом прямо в царство Отца.
Мне б резную калитку, кружевной абажур...
Ох, Самара, сестра моя,
Кострома, Mon Amour...

------------------------------